Фортепианные души

 

«Музыка – это состояние души, и во главе угла у нас – слияние душ исполнителя и композитора. Ребёнок должен сыграть пьесу так, словно он сам её написал», – считает преподаватель фортепиано, старейший сотрудник Троицкой ДШИ Майя Морозова.
7 мая она отметила 80-летие. В первой музыкальной школе города Майя Анатольевна работает с 1965 года, с самого её основания.

Майя Морозова родилась в заполярном посёлке Эге-Хайя (Медведь-гора), что в ста километрах от Верхоянска. Туда по распределению попали её родители-учителя, выпускники Московского историко-филологического института. Потом отца пригласили на работу в разрушенный войной Кёнигсберг-Калининград, в школу она пошла уже там. С самого детства Майя полюбила классику, звучавшую по радиоточке. А вот с музыкальной школой не повезло. «Ошибка! Исправить!» – только и говорила преподавательница, ничего не объясняя. «Отучившись, я на три года закрыла инструмент и не подходила к нему вообще», –
вспоминает Морозова. Но отец уговорил пойти в музучилище, и там любовь к музыке проснулась снова. Это было уже в Краснодаре. А в 1964-м Майя, на тот момент Пушкина, сдала экзамены и с мужем (физфак МГУ –
ИЗМИРАН) и грудным ребёнком переехала в Троицк, устроилась в клуб концертмейстером. «Клубом назывался большой деревянный барак, а жизнь была в Троицке очень весёлая, люди молодые, активные, красивые, музыкальные!» – вспоминает она. Через год, в 1965-м, на базе клуба возникла музыкальная школа.

«Это был мой первый педагогический опыт. Опыта, методики не было. Начала работать, всё хорошо, девочки играют, всё замечательно, а что мне-то делать? Сижу и не знаю…» – улыбается она.
А потом поняла – надо не просто играть, а понимать произведение. «Главная моя цель по жизни – чтобы дети были грамотными не только в смысле нот, ритма, а в смысле ощущения самого автора, его духа и стиля. Чтобы они пропустили через себя настроение, состояние пьесы. И так постепенно они учились, и я училась сама, и поняла, что моё призвание в жизни – не только музыка, но и педагогика».

Больше всего ей нравится объяснять. «Мне интересен процесс проникновения в суть музыки, люблю и сама находить что-то, и доносить это до учеников. Совершенно не хочется с этим расставаться! – говорит она. – Просто слушать музыку дома – это одно, а объяснять ребёнку, а потом слышать, что он всё чувствует, ощущает, понимает – совсем другое. Ради этого и работаем!»

Сейчас Майя Морозова ведёт в школе общее фортепиано (т.е. дополнение к основному инструменту или вокалу), раньше учила и специальному, была концертмейстером у скрипачей. Но и второму инструменту учит со всей серьёзностью, по-другому она просто не может. «Бывает, играешь им пьесу, а они говорят: «Майя Анатольевна, это красиво, но я это не сыграю». А я уверяю: «Сыграешь!» Объясняю, что всё сложное состоит из простого, и музыка в том числе. Почему трудно слушается, например, Бах?
У него мелодия текучая, она не имеет концов фраз, и мы раскладываем её на понятные фрагменты со своими мотивами и интонациями. Работа кропотливая, но в результате они начинают слышать и понимать. И потом перед концертом все тянут руки: «А можно я буду Баха?», «А можно я тоже?»

Среди её учеников пианист, выпускник Гнесинки Юрий Григоров; бард, художник и депутат Максим Пушков; преподаватель вокала Троицкой ДШИ Лариса Кружалова; певица Татьяна Барсукова… «Юрий из первого выпуска, начал заниматься в 15 лет, выпустился в 17, сначала играл «по слогам», к концу первого года уже исполнял «Октябрь» из «Времён года» Чайковского, а в конце второго – ХТК Баха. Поступил в Мерзляковское училище, потом учился в Гнесинском институте.
А пришёл – не зная нот!»

Тепло она вспоминает и Максима Пушкова, который тоже занимался у неё, правда, недолго, осознав, что ближе ему живопись. «Когда был его юбилей, мы встретились, он меня благодарит, а я ему: «Максим, за что ты меня благодаришь, ты же спал на уроках!» –
«Нет, я не могу забыть труд, который вы в меня вкладывали…»

Из более 150 её учеников по профессиональному пути пошли относительно немногие. Но не это главное. «Музыка развивает детские души, делает их выше, чище, – считает Морозова. – Эти дети более чуткие, что-то в них иное появляется в человеческом отношении благодаря школе. Хорошее это дело – учить музыке…»

Майя Анатольевна вспоминает, как её ученицы недавних лет, Лиза Демьяненко и Полина Гапоненко, играли на выпускных концертах Прелюдию ми минор Шопена. Ту самую, что он посвятил Родине и завещал исполнить на своих похоронах, своего рода тест на «взрослость», на понимание. «Важно, как публика слушала: в абсолютной тишине, затихли все шорохи, все слушали, затаив дыхание…
И когда Лиза закончила играть, была тишина, а потом – уххх! – общий выдох. Они пережили композицию вместе с ней».

Владимир МИЛОВИДОВ,

фото автора

Оставить ответ

 

Ответьте на вопрос * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.