Вокруг Марса

«Марс: в поисках воды и жизни» – так, без ложных сенсаций, назывался доклад, который прочёл 5 июня в Троицком кластере научный руководитель Института космических исследований, член Президиума РАН Лев Зелёный. Межинститутский семинар собрал полный зал: три десятка учёных и специалистов. 

«Я очень рад быть здесь, – приветствовал слушателей Лев Зелёный. И пояснил: – Троицк сыграл в моей жизни важную роль – я писал здесь дипломную работу». Его рассказ начался с истории космических исследований, в которых велика роль ИЗМИРАНа. В частности Магнитной лаборатории, где под руководством Шмаи Долгинова создавались магнитометры. Над вопросом, есть ли у Марса магнитное поле, бились физики в 70-х, и эта интрига, как рассказал Лев Зелёный, привела его, тогда ещё молодого специалиста, в ИКИ. Теперь известно: своего магнитного поля у Красной планеты нет, однако оно имелось в прошлом. Но пропало, и это, как домино, повлекло другие проблемы: исчез океан, постепенно «улетает» в космос атмосфера. Лев Зелёный показывает слайды на экране и сравнивает нашего соседа по Солнечной системе с хвостатой кометой. «Вот так вот Марс потихоньку сочится…» – говорит он.

А каким был Марс миллиарды лет назад? Тёплым и влажным или холодным и льдистым? Эксперты склонны к первому варианту, об этом говорят найденные образцы грунта, в частности глины, которые могли образоваться только в присутствии воды.

Есть вода на Марсе и сейчас – лёд под поверхностью и в составе полярных шапок. В тёплый сезон возникают и ручьи. Только, в отличие от земных рек, которые расширяются вниз по течению, марсианские становятся мельче и быстро исчезают. Тем не менее, по одной из оценок, если растопить весь лёд, то вода покроет Марс слоем около 30 м.

Более удивительным, чем лёд, стал обнаруженный в атмосфере Марса метан, вернее, скачки его концентрации, которые невозможно объяснить и которые могут свидетельствовать о наличии жизни где-то внутри планеты. (Всё, что на глубине выше метра, надежно «обеззаражено» космическим излучением.) Разрешить «метановую загадку» призван российско-европейский проект Exomars, в ходе которого уже состоялся один запуск – в марте 2016 года. Планируется второй – в 2020-м. Ракеты-носители – российские «Протоны», половина приборов на борту – наши, в том числе сделанные в ИКИ. Если всё сбудется, в 2020-м на Марс полетит бурильная установка, которая сможет исследовать грунт на глубине 1,5 м. Место приземления – плато Оксия. «И на Марсе будут яблони цвести», – таким оптимистичным слайдом закончил Лев Зелёный основную часть рассказа.

В дополнение – короткий экскурс о лунной программе. Её, в отличие от марсианской, Россия проводит самостоятельно.
В 2020 году к нашему спутнику полетит «Луна-25» (нумерация отсылает к советскому лунному проекту, остановившемуся на «Луне-24» в 1976 году). «Пока в программе три с половиной проекта», – осторожно рассказывает научный руководитель ИКИ. 25-я «Луна» отработает технологию посадки, 26-я в 2021 году исследует спутник с орбиты, 27-я в 2022-м будет изучать грунт, 28-я в 2024-м вернёт его образцы на Землю. Планируется ли в этих миссиях участие троицких учёных? Увы, нет. Ближайший шанс – луноход «Луна-29», дата запуска которого пока не определена. «В этом проекте мы хотим учесть опыт ИЗМИРАНа, – ответил Лев Зелёный. – На Луне тоже есть магнитные аномалии, и их причины не совсем понятны, но магнитные измерения не имеет смысла вести в одной точке. А в луноходе наши коллеги из Троицка, конечно, будут участвовать. К сожалению, это будет ещё очень не скоро».

Владимир МИЛОВИДОВ,

фото автора

Оставить ответ

 

Ответьте на вопрос * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.