… и тут пришла война

В четыре часа утра 22 июня 1941 года, когда миллионы советских людей ещё безмятежно спали, на западной границе СССР разорвались тысячи бомб и снарядов. В троицком фабричном посёлке жизнь текла своим чередом, работала фабрика, вчерашние школьники веселились на выпускном балу. И тут – война! Она неожиданно ворвалась в жизнь советской страны, резко отделив всё вчерашнее от суровой действительности нового дня – первого из долгих и тяжких 1418 военных дней и ночей. С тех пор минуло 75 лет. О первых днях войны вспоминают жители троицкого посёлка.

ручкины

Вчерашние школьники

«Стальной голос Левитана читал историческое выступление народного комиссара иностранных дел СССР Вячеслава Молотова, в котором он официально сообщил советскому народу о нападении фашисткой Германии на СССР. От этого голоса мурашки бежали по спине», – начала свой рассказ Наталья Михайловна Басистая, дочь директора школы Михаила Николаевича Лялько. Ей было семь лет, но она хорошо помнит, как это было.«Всё резко изменилось, раньше люди были весёлые, в волейбол играли в фабричном парке, радовались жизни, а тут – тишина. На второй день после начала войны опустели все полки магазинов – всё разобрали. Это потом появились талоны на хлеб, которые первое время и отоваривать не могли. Интеллигенция первая попала под удар, поскольку у них не было своего подсобного хозяйства».

Многие выпускники 1941 года получили повестки из краснопахорского военкомата и ушли на фронт. Вместе с ними ушёл и директор школы Михаил Николаевич Лялько, вместо него назначили преподавательницу химии Надежду Григорьевну Лялько. «Когда мама стала директором, несмотря на то, что немцы уже подходили к Каменке и продолжались налёты, наша школа работала и продолжала работать всю войну», – с гордостью говорит Наталья Михайловна.

Их провожал фабричный гудок

«Как только Молотов объявил о том, что фашисты напали на Советский Союз, мой старший брат Алексей Куликов сразу пошёл в краснопахорский военкомат. Он предполагал, что война с фашистами будет, поскольку в феврале 1941 года вернулся из Польши, где служил. Что творилось в военкомате! Давка! Прощание с родными! Кто-то с гармонью, кто-то плачет, – вспоминает фронтовик Николай Дмитриевич Куликов. – Тогда мы были совсем ещё мальчишки, не знали, что такое война, казалось, совсем ещё недавно играли в войнушку в пучковском лесу. Воспитанные в патриотическом духе, мы рвались защищать Родину и верили в победу, нам было интересно и страшно одновременно».

Братья Николай и Владимир Куликовы в начале войны работали на радиоузле, который располагался в административном здании троицкой фабрики. «С первых дней начались налёты на Москву. В одной из ватутинских воинских частей стояли зенитчики, которые обороняли Москву. Они получали информацию о налёте немцев и сообщали нам, а я, подражая голосу Левитана, объявлял воздушную тревогу. Люди бежали, кто в пучковский лес, кто в ватутинский овраг. Мы выкопали канаву у себя на огороде, забаррикадировали её и прятались туда». Владимир Куликов ушёл на фронт в декабре 41-го, а Николай – в августе 42-го, ему было всего 17 лет.

На фронт уходили целыми семьями. Большая семья Татаринцевых, четверо детей и родители, жили в одной комнате двухэтажного дома рядом с проходной, работали на фабрике. Когда началась война, первым отправился на фронт глава семейства, отец – Иван Кириллович. Потом стали уходить все по очереди: сначала дочь Вера, потом старший сын Фёдор, средний Виктор. Младшего Владимира (он 1926 года рождения) вызвали в военкомат, но вернули домой как единственного кормильца. Этой семье повезло, все вернулись домой.

Только в первую неделю войны с Троицкой суконной фабрики на фронт отправился 101 человек. С июля 1941 по февраль 1942 го-да 83 человека ушли в народное ополчение, его участники сначала рыли окопы, а потом фактически стали базой для создания дивизий, которые защищали Москву.

Прочный тыл

В начале войны директором Троицкой суконной фабрики был Григорий Иванович Ручкин. «С первого дня войны отец рвался на фронт, пока не добился своего. Мама работала телефонисткой, во время войны обеспечивала фабрику связью», – рассказала его дочь Светлана Григорьевна Королёва.

После ухода Григория Ручкина на фронт директором был назначен Алексей Романович Кузин, который оставался на руководящем посту до возвращения Григория Ивановича. Фабрика перешла на выработку шинельного сукна для Красной армии. Производству не хватало мужских рук. Администрация и партийная организация обратились к молодёжи и самым передовым работницам с призывом: «На вас вся надежда. Другого выхода нет, учиться будете в процессе работы».

Женщины брались за мужское дело, осваивали новые специальности. Потом пришли 14-летние мальчишки, подучились и стали помощниками мастеров, работали по 12 часов в две смены. Фронт проходил не так уж и далеко – после работы рыли противотанковые рвы и траншеи. А что делать, война… До Победы ещё далеко. Впереди – тяжелейшие в истории страны четыре года.

Ольга СКВОРЦОВА,

фото из архива Светланы КОРОЛЁВОЙ

Оставить ответ

 

Ответьте на вопрос * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.