Дыхне: штрихи к портрету

 

31 октября в троицком Выставочном зале прошли IV Научные чтения памяти Александра Михайловича Дыхне. Академик работал в ГНЦ РФ ТРИНИТИ, его интересы охватывали добрый десяток областей: от квантовой механики до безопасности атомных реакторов. Его не стало в 2005 году. 27 октября 2013-го, к 80-летию со дня рождения, в Троицке открыли мемориальную доску в его честь, а Чтения решили проводить каждые два года. Доклады связаны с темами, которые разрабатывал Дыхне. «Возникла конференция как мемориальная, – вспоминает научный руководитель института Владимир Черковец. – Была горечь утраты, все хотели выразить свои чувства. А сейчас Чтения стали гораздо шире, даже если сравнивать с широтой натуры Дыхне. Он, как камертон, задал нам новые направления. В основном доклады следуют тем руслам, которыми он занимался, но и много новых ручейков появилось».

Воспоминаний тоже немало, историй с кухни, где научные споры перерастали в посиделки за полночь с песнями под гитару, любимых палиндромов… «Нет, не про лазер! – улыбается Черковец и зачитывает: – «А Гога-депутат тирадою одарит Тату-педагога». Собралась настоящая старая гвардия Магнитки, для них академик Дыхне – это не небожитель, а друг, просто Саша. «С каждым годом всё больше чувствуется, что со временем он не отдаляется, а, наоборот, становится ближе, – говорит после возложения цветов на Центральной, 14 физик Михаил Таран. – И наше сотрудничество
продолжается».

На открытии слово берёт директор ГНЦ РФ ТРИНИТИ Дмитрий Марков. Он не знал Дыхне лично, но разделяет пиетет перед его личностью. «Эти конференции нужны нам с вами, – говорит Марков. – Мы и смотрим назад, обращаемся к отцам-основателям теорфизики, и, сверяясь с тем, что сделано, глядим в будущее, строим планы и идём вперед».

Ради истины

Среди докладчиков – и те, кто работал с Дыхне в Троицке, и коллеги из других институтов: ИТПЭ, ИБРАЭ, ИКИ, НИИЯФ МГУ и других, и даже гость из Германии. Первый – Александр Рахманов из Института теоретической и прикладной электродинамики РАН. «Теоретической и прикладной – вот это прямо по Дыхне!» –
комментируют коллеги. Его доклад – о свойствах двухслойного графена. «Это совершенно новые вещи, – отвечает он на вопрос, как связан доклад с наследием Дых-не. – Когда он ушёл из жизни, всё это только начиналось. Влияние оказали его классические работы по электродинамике, по квантовой механике, а ещё личный пример. Думаю, сейчас он бы точно этой темой заинтересовался».

«Он был многогранный, – говорит завлабораторией НИИЯФ МГУ Евгений Ткаля. – С ним было легко и приятно работать, он относился ко мне как отец… Но не со всеми он был одинаково добр, есть на моей памяти пара случаев, когда он жёстко размазывал какого-нибудь надутого индюка: «Чушь собачья!» Или: «Вот этот человек – абсолютный дурак, с ним разговаривать не о чем». И он очень редко ошибался в людях».

«Саша был в душе очень добрым, но в то же время принципиальным, – подтверждает Владимир Черковец. – И я тоже могу привести примеры, когда он становился непримиримым, если этого требовала истина!»

Как горячий нож

«Потрясало, как он мог сесть за работу и, обладая начальными познаниями, дойти до сути, сделать открытие… – говорит один из продолжателей дела Дыхне, руководитель отдела кинетики неравновесных систем ТРИНИТИ Андрей Старостин. – А потом выяснить, что это было известно! Просто он не читал. Бывало, он давал идею ученику, быстро писали вместе работу, потом забывал и мог подарить её следующему. Те даже между собой иногда ревновали! А он и сам быстро учился, и мог очень легко и эффективно научить других. Студенты его очень любили, они могли попросить прочитать лекцию, тогда он откладывал в сторону всё и вдобавок к курсу, который ему поручен, готовил дополнительный».

«В каждый из сегодняшних докладов он мог бы через короткое время внести принципиальный вклад, – считает председатель программного комитета конференции, научный руководитель ИТПЭ академик Андрей Лагарьков. – У него был талант на грани гениальности. Он свободно ориентировался в любой области физики, входил в них, как горячий нож в масло, воспринимал всё, что там есть, и привносил что-то принципиально новое.
Я далёк от мыслей о наитиях свыше, но когда смотрел на него, создавалось впечатление, что он априори знает многие законы.
А ведь, как ни странно, систематического физического образования у него не было. Он окончил институт металлургии в Киеве, а потом в течение года работал на металлургическом заводе и через три-четыре года защитил диссертацию по квантовой механике!»

Век недолог…

История жизни Александра Дыхне ждёт отдельного изложения. Родители репрессированы (отец расстрелян в 1938-м в Коммунарке), детство провёл в Батуми, окончил киевский Политех, работал на заводе в Сибири, учился у Юрия Румера, первого, кто разглядел в юноше «теоретика от Бога», и Льва Ландау.
С 1962-го – сотрудник Магнитки/ФИАЭ/ТРИНИТИ. Лауреат Госпремии СССР, ликвидатор-чернобылец, один из основателей РФФИ. А ещё «самый лучший на свете папа» – так говорит его дочь Мария Козлова. «Он с нами всегда занимался, были задачки развивающие, игры со словами… –
вспоминает она. – Много пели вместе, он и сам сочинял музыку на некоторые стихи». А в основном это были барды, любимое – из Окуджавы: «Кавалергарды, век недолог, и потому так сладок он…»

Дыхне прожил 72 года. 150 статей, две книги, открытия, изобретения, «научные дети» и «внуки»… «Он никогда не давал советов, но сама его жизнь, его труды стали примером, – считает Андрей Лагарьков. – Когда вы воспитываете детей, неважно, что вы им говорите, важно, как ведёте себя сами. Дела – лучший советчик».

Владимир МИЛОВИДОВ,

фото автора

Оставить ответ

 

Ответьте на вопрос * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.